Константиновский дворец в Стрельне, на побережье Финского залива, был задуман Петром Первым как материальное подкрепление морского могущества величественной России. Изначально дворец проектировал итальянец Николо Микетти. Однако к последующим реконструкциям и переделкам приложил руку целый сонм архитекторов: Бартоломео Растрелли, Жан-Баттист Леблон, Себастьян Чиприани, Луиджи Руска, Андрей Воронихин и Андрей Штакеншнейдер. При этом большая доля изменений пришлась на внутренее убранство. Переживший два разрушительных пожара дворец называть Константиновским в конце XIX века, в честь великого князя Константина, предпоследнего легитимного владельца. После его смерти некоторые предметы, украшавшие дворцовые интерьеры были проданы и разбрелись по разным владельцам. С тех пор процесс реставрации развивался по нарастающей, к юбилею города подавляющую часть элементов интерьера пришлось не реставрировать, а воссоздавать заново.
Парадные залы — визитная карточка любого дворца. По исторически сложившейся традиции в их оформлении важнейшая роль отводилась бронзовым люстрам, которые доминировали в покоях, предназначенных для церемоний и торжеств. Поэтому восстановление исторических осветителей — приоритетная задача реконструкции дворцовых интерьеров. Петербургская фирма «Рестамп» пришла к ее решению во всеоружии мастерства и опыта, приобретенного в результате работы над светильниками для Мраморного, Строгановского и Шереметевского дворцов. Однако Константиновский предъявил к «Рестампу» особые требования. Специфика светильников подразумевала комплексный подход к конструкции, и в сфере внимания коллектива наряду с бронзой оказались стекло и хрусталь. Впрочем, такое расширение диапазона продиктовано самой особенностью русской художественной бронзы.
В XVIII веке, на заре становления отечественной школы литья, хрустальные люстры из благородного сплава (бронзы) были не только атрибутом роскоши, но и признаком приобщения к европейской цивилизации. Тогда нашим мастерам еще не хватало этих моделей, зато в их распоряжении было развитое производство художественного стекла и хрусталя. В ту пору завораживающий блеск и эффектный цвет скрадывали конструктивную упрощенность изделий. К началу следующего столетия технологическое отставание удалось ликвидировать, и римская бронза встала вровень с произведениями французских мастеров, по праву гордившихся высоким уровнем производства. Тем не менее представители Российской архитектурной школы продолжили традицию, проектируя бронзовые люстры, в которых виртуозное литье дополнялось выразительным стеклянным и хрустальным декором.
Именно в этом русле были задуманы и исполнены люстры Голубого зала Константиновского дворца в Стрельне. Во время Отечественной войны 1812 г. здесь перед отправкой на фронт принимали присягу отряды народного ополчения. В память о славной истории зала автор восстановленного убранства архитектор Штакеншнейдер выбрал для его освещения чисто русскую, популярную у народных бронзовщиков конфигурацию люстр. Одновременно он ввел в интерьер голубой цвет, подчеркивающий близость Стрельны к морю. Так появились люстры центральным стержнем голубого стекла, бронзовыми обручами на цепях и широкой хрустальной чашей. К несчастью, во время Великой Отечественной войны они пропали при невыясненных обстоятельствах.
Существует предание, что люстры зарыли в землю на территории парка, чтобы спасти от артобстрелов и бомбежек. Однако обнаружить подлинники так и не удалось, поэтому специалисты «Рестампа» спроектировали их, опираясь на эскизы Штакеншнейдера и довоенные черно-белые фотографии. Сравнительно небольшие светильники (центральная люстра на 40 рожков, а угловые — на 30) потребовали глубокого погружения в нюансы и тонкости далекой старины. Например, чтобы получитъ аутентичные элементы из хрусталя, пришлось изготавливать их на заказ - огранку, примененную в позапрошлом веке, сегодня нигде не используют. Зато теперь можно с полной ответственностью утверждать, что люстры Голубого не только прекрасны, но и исторически достоверны.
Так же тщательно изучали, проектировали и переводили в материал большие ампирные люстры Мраморного зала. Они некогда входили в серию светильников, изготовленных для нескольких императорских дворцов. Есть предположение, что центральная хрустальная люстра была перенесена в Стрельну из корпуса Лоджий Рафаэля, входившего в комплекс зданий императорской резиденции на Дворцовой набережной. Она самая крупная из пяти люстр, воссозданных «Рестампом» для интерьера Мраморного зала, но, как ни странно, не самая сложная. Дело в том, что угловые люстры в этом помещении имеют редкую и очень затейливую верхнюю часть. Она представляет собой конус, образованный спиралями из орнаментированных бронзовых лент с укрепленными на них профитками. Этот своеобразный «винт» удалось воспроизвести только благодаря доскональному исследованию аналога — люстры Ротонды в Зимнем дворце.
Итог участия компании «Рестамп» в восстановлении интерьеров Константиновского дворца - это не только великолепные бронзовые светильники, но и новый уровень решений. Уровень, позволяющий брать на себя ответственность за возрожденный шедевр в целом, не ограничиваясь художественной бронзой. Хотя она, разумеется, царица интерьера.
Наталья Шустрова.
2003 г. "Мир металла"